Мёртвый рокер дороже живого. Дурацкий мир, да?
Солнце. Зеркало. Она сидела в уголке и пускала солнечных зайчиков.
Солнце было холодным, но очень светлым. Зайчики безмятежно прыгали по комнате, а с её лица не сходила широкая улыбка. Светлые локоны обрамляли её худое лицо, белое короткое платье едва закрывало худые детские колени. Серые ледяные глаза смотрели куда-то в одну точку, вглядываясь через стену, пространство, мир. Она видела что-то иное, не то, что видят другие. Изредка она тихо смеялась. Только смех был какой-то странный для людей. Слишком он был весёлый и непонятный.
Вдруг она застыла на одно мгновение, на её лице медленно появлялась гримаса боли.
В тот же миг она вскочила на ноги, но запнулась об свою большую куклу с волосами непонятного цвета и тёмно-фиолетовыми мутными глазами, и упала на пол, разжав руки. Зеркало вылетело из её рук. Оно упало на пол, превращаясь в десятки, сотни осколков разных размеров и форм. И снова на её лице появилась улыбка. Нет, не та. Она была жуткой, потому что по всему лицу девочки маленьками звёздочками в коже виднелись осколки того зеркала. По всему лицу текли тоненькие струйки крови.
Нет, не только по лицу, почти по всему телу распостранились эти твёрдые капли.
Даже на платье появились тёмные пятнышки крови.
Даже локоны были в запёкшейся крови.
Она склонилась над осколками зеркала и с той же жуткой улыбкой и горящими безумством глазами долго сидела над ними. На пол и на осколки капали крупные, ещё тёплые бардовые капли....
Солнце было холодным, но очень светлым. Зайчики безмятежно прыгали по комнате, а с её лица не сходила широкая улыбка. Светлые локоны обрамляли её худое лицо, белое короткое платье едва закрывало худые детские колени. Серые ледяные глаза смотрели куда-то в одну точку, вглядываясь через стену, пространство, мир. Она видела что-то иное, не то, что видят другие. Изредка она тихо смеялась. Только смех был какой-то странный для людей. Слишком он был весёлый и непонятный.
Вдруг она застыла на одно мгновение, на её лице медленно появлялась гримаса боли.
В тот же миг она вскочила на ноги, но запнулась об свою большую куклу с волосами непонятного цвета и тёмно-фиолетовыми мутными глазами, и упала на пол, разжав руки. Зеркало вылетело из её рук. Оно упало на пол, превращаясь в десятки, сотни осколков разных размеров и форм. И снова на её лице появилась улыбка. Нет, не та. Она была жуткой, потому что по всему лицу девочки маленьками звёздочками в коже виднелись осколки того зеркала. По всему лицу текли тоненькие струйки крови.
Нет, не только по лицу, почти по всему телу распостранились эти твёрдые капли.
Даже на платье появились тёмные пятнышки крови.
Даже локоны были в запёкшейся крови.
Она склонилась над осколками зеркала и с той же жуткой улыбкой и горящими безумством глазами долго сидела над ними. На пол и на осколки капали крупные, ещё тёплые бардовые капли....